Граждане, ах, сколько ж я не пел…

Граждане, ах, сколько ж я не пел…

Граждане, ах, сколько ж я не пел, но не от лени —

Некому: жена — в Париже, все дружки — сидят.

Даже Глеб Жеглов, что ботал чуть по новой фене —

Ничего не спел, чудак, пять вечеров подряд.

Хорошо, из зала вон —

Не наших всех сортов,

Здесь — кто хочет на банкет

Без всяких паспортов.

Расскажу про братиков —

Писателей, соратников,

Про людей такой души,

Что не сыщешь ватников.

Наше телевидение требовало резко:

Выбросить слова «легавый», «мусор» или «мент»,

Поменять на мыло шило, шило — на стамеску.

А ворье переиначить в «чуждый элемент».

Так, в ответ подельники,

Скиданув халатики,

Надевали тельники,

А поверх — бушлатики.

«Эх!»,- сказали брат и брат:

«Не! Мы усе спасем.

Мы и сквозь редакторат

Все это пронесем».

Про братьев-разбойников у Шиллера читали,

Про Лаутензаков написал уже Лион,

Про Серапионовых и школьники листали.

Где ж роман про Вайнеров? Их — два на миллион!

С них художник Шкатников

Написал бы латников.

Мы же в их лице теряем

Классных медвежатников.

Проявив усердие,

Сказали кореша:

«»Эру милосердия»

Можно даже в США».

Оцените стихотворение
Поэзия Y
Добавить комментарий